Обложка статьи

Рок с открытым сердцем

Группа «Пилот» — самобытные представители петербургского рока. Свою энергию лидер коллектива Илья Черт направляет не только на музыкальное творчество: он рассказал журналу NewTone, почему решил создать клуб помощи детям «Козайцы» и на какие темы общается с аудиторией на лекциях по духовному развитию.

Илья Черт — российский музыкант, писатель, лидер группы «Пилот». Участвует в акциях международных экологических организаций Greenpeace и  WWF. С 2003 года поддерживает начинающих музыкантов в проекте «Рок из подворотен». В 2014 году Илья Черт со своей женой и друзьями организовали благотворительный клуб «Козайцы».

NT: Рок-концерт ассоциируется с выплеском агрессии и бунтарством. Какая атмосфера царит на ваших выступлениях и какую энергетику вы ощущаете?
И.Ч.: В последнее время я чувствую, что наши песни, то, что мы хотим донести до людей, объединяют их. Наш концерт делает людей на какое-то время единым целым, несмотря на социальные, возрастные и прочие различия. Люди получают этот уникальный опыт. Мы радуемся вместе, вместе испытываем печаль, вместе злимся. Мы вместе погружаемся на самое дно души и вместе всплываем обратно. Это опыт единства, воспоминание о нашем изначальном Доме. Это волшебство.

NT: Существует мнение, что рок-музыкантам свойственно заниматься саморазрушением, особенно после обретения популярности. Как вы относитесь к этому стереотипу?
И.Ч.: Я бы не сказал, что это стереотип, — скорее, стандартная ситуация для любого человека, достигающего, не имея высшей истинной цели, в своем деле определенных успехов, которые ему не только кружат голову и делают неадекватным его мировосприятие, но и ставят крест на его жизни. Ибо все, что человек хотел, достигнуто, и жить дальше незачем. Это заведомый итог для тех, кто искал на сцене популярность, деньги и славу, и быстро их обрел. Эта цель лжива, и потому приносит только страдание, исход которого зачастую летален — саморазрушение и самоубийство. 

Я думаю, все проходят через искушения. Но далеко не все преодолевают их, делая следующий шаг. Разнит цель: выдержать можно все что угодно. Было бы ради кого и чего.

NT: Ваш новый альбом «Пандора», вышедший в январе, посвящен ответственности взрослых перед детьми, кроме того вы с супругой организовали клуб помощи малышам «Козайцы». Почему эта тема так важна для вас?
И.Ч.: Потому что мы — люди. У нас есть совесть. И мы стали родителями. «Двуногое — еще не человек!» (цитата из песни группы «Пилот» «4 на 4» — прим. ред.).

NT: По какой причине вы решили создать собственную благотворительную организацию, а не присоединиться к уже существующей?
И.Ч.: Потому что я только и слышу каждый день, как различные нелюди отмывают себе в карман огромные деньги через благотворительные фонды. И у меня нет ни времени, ни возможности проверять каждую организацию. К тому же я прекрасно понимаю, что не будучи ни квалифицированным финансистом, ни подкованным юристом, даже при всем желании я не смогу найти мошеннические схемы в каком-либо конкретном фонде. Эти твари умнее меня в денежном вопросе, ибо воровство — их главная цель жизни, а для меня заработок — лишь вынужденный побочный эффект существования. В благотворительной сфере я доверяю только двум людям, которых чувствую сердцем: Евгению Кутузову (Петербург) и Чулпан Хаматовой (Москва). Иногда я помогаю им, чем могу. В основном же мы с женой занимаемся благотворительностью сами, собрав клуб единомышленников, без всяких фондов. И первое правило нашего клуба гласит: «Никаких денег!»

NT: В каких социальных проектах вы участвовали до «Козайцев»? 
И.Ч.: Во многих. Я не запоминал их названия, если они вообще как-то именовались. В основном это были проекты, организованные Евгением Кутузовым и почти всегда связанные с детьми.

NT: Откуда такое название — «Козайцы»?
И.Ч.: «Далеко, далеко на лугу пасутся ко….», — «Зайцы!» — «Правильно, козайцы!» — эту шутку придумал Саша Зайцев из команды КВН ННГУ (Нижегородского государственного университета имени Н. И. Лобачевского — прим. ред.), в которой играла моя жена в юности. Мне, в свою очередь, показалось, что «козаец» — кровный родственник «попрыгайца», одного из главных героев моей книги «Слипер и Дример».

Все мы не от мира сего — немного «козайцы» и «попрыгайцы».

NT: Привлекаете ли вы коллег по музыкальному цеху к благотворительной деятельности? 
И.Ч.: Никого ни к чему не привлекаю. Ибо благо творимое — личное дело человека. Каждый сам за свои дела пред Богом ответ держать будет: как жил, что делал, о чем мечтал, что думал, о чем говорил, чего хотел, во имя кого и чего дышал и так далее. 

Совесть — голос Бога, она либо сама позовет, либо до нее не дозовешься.

NT: В «Пандоре» есть песня «Нелюбовь», а в 2017 году вышел одноименный фильм Звягинцева, тоже посвященный безразличному отношению к детям. Вы задумывались об этом совпадении? 
И.Ч.: Я узнал о существовании фильма примерно через пару недель после того, как наш альбом вышел в свет. И «Нелюбовь» Звягинцева не видел до сих пор, поэтому не знаю, о чем фильм. Лично мне нравятся такие совпадения. Я в них усматриваю что-то вроде этого: два человека получили от вселенной одновременно один и тот же ответ, и каждый транслировал его в мир по-своему. Мне кажется, это чудесно. 

NT: Почему проблема безразличного отношения к детям сейчас так актуальна в искусстве?
И.Ч.: Мне кажется, вы сильно преувеличиваете масштабы актуальности, ибо показатели посещаемости публикой определенных сеансов кино, концертов определенных артистов нам говорят о том, что нашей стране в целом нужно совсем другое. Я это называю «три Б»: «бабы, бухло и бабло». Пошлятина и веселуха… на фоне сгорающих детей…

Это пир во время чумы. Это Кали-юга (эпоха в индуистском цикле, характеризующаяся падением нравственности, — прим. ред.). 

NT: Обложка «Пандоры» символизирует искушения, которыми мир взрослых развращает детей. Как можно защитить ребенка, если запреты вызывают лишь желание их нарушать?
И.Ч.: В вашем вопросе содержится ответ. Запрет вызывает сопротивление. Разумный диалог с совместными выводами определяет выбор. Говорите с детьми на равных. Искренне участвуйте в их жизни. Дети прекрасно чувствуют вашу ложь и притворство.

И что бы вы ни говорили своим детям, помните: «Отец, посмотри на себя в зеркало, — так и знай, ты видишь своего сына через пару десятков лет. Мать, глянь на себя в зеркало, — так и знай, ты видишь свою дочь в будущем». Кто-нибудь сомневается в этом? ВОСПИТЫВАТЬ НУЖНО СЕБЯ, А НЕ ДЕТЕЙ. Они все равно вас скопируют.

 

NT: Помимо музыкального творчества вы выступаете с лекциями о духовном развитии. На какие темы вы общаетесь со слушателями?
И.Ч.: В основном это три главные темы: как устроена вселенная, откуда мы тут все взялись и зачем здесь в целом; наука построения семьи — как создавать и жить в ней, как растить детей; каким образом можно найти конкретный род занятий, деятельность, которая от рождения предназначена вам свыше.

NT: В чем различие людей, пришедших на ваш концерт и пришедших на вашу лекцию?
И.Ч.: Аудитория лекций на четверть состоит из людей, которые ходят на концерты группы «Пилот». Остальные три четверти — люди, не знающие меня как рок-артиста (максимум — понаслышке), но знающие меня как человека, который порядка 30 лет занимается практиками, связанными с саморазвитием и йогой. И не нужно преуменьшать роль сарафанного радио, ибо почти каждый, кто на себе проверил рекомендованное мной на лекциях, делится радостью результатов со своими друзьями. Поэтому и выходит, что один приводит еще троих-четверых.

NT: Чем отличается идейное содержание вашей музыки от лекций?
И.Ч.: Я бы сказал, что песни — мои мемуары о пережитом опыте. А лекции — выводы, которые я сделал в результате этого опыта. 

NT: Каким образом можно достигнуть гармонии с самим собой и окружающим миром?
И.Ч.: Стереть границу между вами и окружающим вас, ибо она — обман. 

NT: Как вы бы выразили в одном предложении главную идею вашей жизненной философии?
И.Ч.: Я — ОДНО НА ВСЕХ.

Фотографии предоставлены пресс-службой группы «Пилот» (фотографы — Андрей Луковников, Игорь Панков) 

Материал опубликован в журнале NewTone

10 июля 2018

Еще почитать по теме

Обложка статьи
За слова ответишь
Чем язык ненависти отличается от оскорблений, и как специалисты оценивают резкость высказований
Обложка статьи
За слова ответишь
Чем язык ненависти отличается от оскорблений, и как специалисты оценивают резкость высказований