Страшные сказки
Волшебные сказки, которые родители рассказывают на ночь, представляются нам прекрасными и фантастическими историями. Но если узнать, что стоит за милыми посиделками царевича с Бабой-ягой, будет трудно сомкнуть глаза. Как гласит пушкинская мудрость: «Сказка — ложь, да в ней намек! Добрым молодцам урок». Посмотрим, какой именно урок скрывается за волшебными детскими историями.
Скелет сказки
Все начинается с отсутствия близких родственников и нарушения запрета, из-за чего кому-то удается навредить герою: изгнать, похитить его или младшего брата или отправить за необычным предметом, например пером жар-птицы. Сюжет закручивается. Герой отправляется на поиски. По дороге он случайно встречает дарителя, который после испытания награждает его волшебным средством. Оно помогает обнаружить злодея. Добравшись до антагониста, герой вступает в бой. Победа! Он забирает то, что искал. Однако злодей замечает потерю и отправляется в погоню. Герою удается спастись и прийти домой, но там его ожидают ложные герои (обычно завистливые братья), которые убивают его. Тем не менее герой справляется с тяготами, возвращается, решает трудную задачу, возможно, у царя, и получает руку царевны. Свадьба! Все живут долго и счастливо!
Несложно ведь под этот шаблон подложить любую волшебную сказку? Достаточно вместо неопределенных «антагонист», «даритель», «герой» подставить имена и немного поменять порядок событий.
Персонажи сказок совершают похожие действия-функции, которые приводят к одинаковым результатам. Например, вопросы Морозко и просьба Бабы-яги пасти табун волшебных кобылиц — это испытания дарителя, которые приводят к получению волшебного средства. Функции остаются неизменными, меняются лишь герои и способы совершения действий. Так, «Гуси-лебеди» начинаются с отлучки родственников и запрета по классической схеме, а «По щучьему веленью» — с испытания дарителя и получения награды (особых слов).
Впервые так начал разбирать сказки Владимир Пропп. Он описал исследование в книге «Морфология волшебной сказки», определив 31 функцию, которая в разных вариациях встречается во всех историях.
Но что в этом страшного? Такая логичная теория скорее вдохновляет на дальнейшие исследования, чем пугает. Здесь нужно задуматься, почему такое многообразие сказочных сюжетов имеет одну структуру и что она «кодирует».
Схожесть волшебных историй с алгоритмом или формулой неслучайна. Сказка, как пишет Пропп, вобрала «следы древнейшего язычества, древних обычаев и обрядов», сохранила представления предков о мире. Происходящее в волшебной истории — это особая последовательность действий в первобытных ритуалах, которые восходят ко времени, когда люди занимались охотой и собирательством.
Что ж, на этом моменте можно начинать бояться…
Суровая взрослая жизнь
Классический путь нашего взросления — детский сад, школа, университет, работа. У наших предков были менее гуманные социальные институты. Чтобы стать полноценным членом общества и получить право на брак, в период полового созревания каждый мальчик проходил тайный обряд посвящения. Тогда верили, что этот ритуал дает мистическую власть над природой. Однако, чтобы овладеть могуществом, нужно было «умереть», ведь только духи могли наградить магическими способностями.
Все начиналось с узкой тропинки, ведущей в гущу непроходимого леса. Причем чаща — неотъемлемый атрибут ритуала у любого народа. Если ее не было, то неофита (новый последователь культа или общественного движения) уводили хотя бы в кустарник. Тропка заканчивалась у хижины с дверью-пастью, балками-змеями, столбами в виде чьих-то лап. Охотники обожествляли зверей и верили в превращение в них после смерти, поэтому закономерно, что обряд перехода в мир духов был связан с животными.
В хижину посвящаемый попадал с завязанными глазами. Иногда, чтобы дополнительно ослепить неофита, в них втирали особую массу с добавлением перца. Раздавался вопль, кричать мальчишке предстояло еще много. Церемония продолжалась сдиранием кожи, побоями, выбиванием зубов, приемом ядов или особой пищи. Мальчиков могли символически сжигать, варить, рубить на куски. Все это помогало «переместиться» в потусторонний мир. Часто посвящаемым отрезали мизинец, чтобы доказать родным, что мистерия свершилась, а их сын умер. Во время ритуала неофитам буквально отшибало память: они забывали родителей и даже свое имя, поэтому после временной смерти легко принимали новое. Позже мальчиков допускали к тайным знаниям об охоте, обрядовых плясках, истории. Они возвращались обновленными, обретшими особые навыки людьми.
Обряд считался нужным, хоть и приносил страдания не только неофитам, но и их семье. Когда люди перешли к земледелию и животноводству, ритуалы начали уходить в прошлое, богам-зверям переставали поклоняться, их образы стали появляться в сказках. Жестокие действа переосмысливались. Поэтому зачастую не героя сжигают или ослепляют в историях, а Бабу-ягу или ведьму.
Скрытое за простыми образами
Если перечитывать сказки в сознательном возрасте, можно обнаружить много странных деталей. Например, откуда Иван-царевич, впервые наткнувшийся на жилье Яги, знает, как повернуть избушку на курьих ножках? Почему он просто не обойдет это творение безумного архитектора? Почему злобная лесная жительница безропотно соглашается «накормить, напоить и спать уложить» наглого героя, если до этого собиралась его съесть?
Все начинает проясняться, если представить на месте Ивана-царевича неофита, который проходит таинственный обряд. Все его путешествие — это странствие на ту сторону и получение магической силы.
Лес здесь представляется непреодолимой преградой на пути в загробное царство, на границе которого стоит избушка с хранительницей черты между миром мертвых и живых. Герой особым словам обучен, ведь его готовили к посвящению. Ведает он, что, чтобы пройти дальше, нужно ему пройти через хижину, имеющую черты животного (курьи ножки). И знает герой, что там нужно отведать пищи яги, чтобы показать, что он не чужой для мертвых, что он имеет право переступать черту между двумя мирами. Ведь кто съедает яства той стороны, навсегда становится ее частью. Именно поэтому яга легко соглашается поухаживать за непрошеным гостем.
Также Ивану известно, что в избушке ему дадут особую силу, которая поможет в пути. Но ее нужно заслужить пройденным испытанием, поэтому герой отвечает на вопросы старушки, играет с ней в карты или пасет табун кобылиц. После этого Баба-яга вручает герою клубочек, летающего коня, меч-кладенец — все эти предметы помогают Ивану преодолеть непроходимый лес.
Странные описания лесной старушки тоже обретают смысл. У нее «ножки на порожке, губы на сошке, руки из угла в угол, нос в потолок» не из-за ее огромного размера, а из-за маленькой избушки. Та, кто охраняет вход в загробный мир, и сама мертва. Поэтому Яге положено лежать в тесном гробу, подпирать носом потолок и иметь костяную ногу, как у скелета.
Дальше можно найти и другие элементы обряда в сказке: отрезание пальцев, сжигание, слепоту. Но мы закончим наше повествование, потоптавшись у порога глубинного смысла волшебной истории. За ним ожидают древние отголоски безжалостного и таинственного подлинно языческого мира, который сгинул в вихре тысячелетий, но оставил сказочное наследие.
Что ж, теперь вы будете читать волшебную сказку по-новому?
Иллюстратор: Полина Лужина
Фото на обложке: «Последний богатырь» (2017), kinopoisk.ru
Еще почитать по теме
