А чему веришь ты?
Лемминги отчаянно стремятся к самоубийству, Хатико — истинный символ верности, акулы хитры и кровожадны, а от любого скорпиона стоит убегать. Все это выдумки режиссеров! Не верите? Ос Арутюнян — телеведущий, популяризатор науки и сценарист — заставит сомневаться в том, что, казалось бы, считается очевидным.
Лемминги и швабры: как рождаются легенды…
Все началось в XVIII веке, когда математик, философ, натуралист и вообще во всем преуспевающий граф Жорж-Луи Леклерк Бюффон заметил колебание численности леммингов и выдвинул несколько гипотез. Среди них были предположения о том, что грызуны давятся на ветках, поедают друг друга, их пожирает молодая трава, и нынче популярное — зверьки прыгают за вожаком в море. В начале XIX века идею развил редактор научного журнала Артур Ми, написав детскую энциклопедию «Книга знаний». Работу переиздали в США, и целое поколение выросло с мыслью о страдающих суицидальными наклонностями грызунах.
Окончательно за леммингами закрепился статус самоубийц в 1958 году, когда Уолт Дисней выпустил документальный фильм «Белая Пустошь». В нем показали, как зверьки дружно прыгают с утеса в море. Актеров, купленных в зоомагазине, об их наклонностях не предупредили, поэтому помощникам пришлось сталкивать леммингов швабрами.
Самоубийство леммингов. Фильм «Белая пустошь» (1958)
Что же было не так с колебанием численности? Все объясняется цикличностью существования популяций. Урожайный год — лемминги отъедаются, их численность увеличивается — хищники пируют. Естественно, популяция грызунов сокращается, мясоеды начинают голодать, не размножаются — грызуны снова фаворе у природы.
Монстр или любопытный турист?
Культовые «Челюсти» и их режиссер Стивен Спилберг окружили акул громкой славой злобных убийц, чувствующих даже каплю крови за многие километры. С этим образом поспорят зоологи. Человек в глубоких водах — существо редкое, а потому точно не входит в типичный рацион этих хищников. Мы для акул непривычны, поэтому логично, что им интересно узнать, что такое двуногое и лысое здесь панически дергается и провоцирует на исследования (а по-иному вы вряд ли отреагируете рядом с хищником). Единственная возможность для клыкастых рыб утолить любопытство — укусить.
С термином «кровожадный монстр» в отношении акул не согласится и Кристина Зенато, уже четверть века на Карибах исполняющая роль акульего лекаря. Эти рыбы очень умны, поэтому сами приплывают к ней, чтобы девушка вытаскивала крючки из их пасти. При этом акулы кладут головы ей на колени и не проявляют никакой агрессии, несмотря на болезненность процедуры. И где же здесь прославленная кровожадность?
Скорпионы, которых боятся… зря
В отношении скорпионов кино породило две крайности: мы либо до ужаса боимся их, убегаем и убиваем либо отлавливаем и заводим дома, чтобы пугать друзей. Все потому, что в фильмах эти членистоногие так и сочатся ядом и норовят воткнуть жало в нежную человеческую кожу. Как же именитые актеры соглашаются сниматься с лавиной скорпионов, которые лезут отовсюду в какой-нибудь древней гробнице?
На самом деле самые фотогеничные черные скорпионы Pandinus Imperator, используемые в кино, предпочитают мышей сомнительному удовольствию поиска человеческой пятки. Конечно, есть и по-настоящему опасные экземпляры, но они редки и менее приятны глазу, да и их яд не настолько смертелен, чтобы с одного укола отправить человека на тот свет. Так что, черные скорпионы, из-за необоснованного страха попавшие в Красную книгу, страдают совершенно напрасно.
Скорпион Pandinus Imperator. Авторство: Rosa Pineda
Романтизм животной верности
К прочим животным кино более милосердно. Образы котов, собак, лошадей представляются милыми, любящими и всегда благодарными за помощь чистыми душами. Дети, насмотревшись на спасение беспризорных животных, без разбору тащат домой бандитов-котов, уличных собак, которым, может, и не сладко за забором, но зато привычно и понятно. Потом родители, выросшие на тех же сказках, удивляются, почему пес постоянно сбегает, а кот дерет диван и не признает лоток.
«Но это крайности. Животные точно умеют любить!» — возразите вы и приведете в пример Хатико — символ безусловной верности. Он ведь приходил на вокзал даже после смерти хозяина, сбегал от людей, к которым его пристраивали, и преданно ждал. Но так проходили дни и до этого, когда профессор уезжал на работу, и пес оставался гулять по району, ласкаться с прохожими и выпрашивать вкусности у тетенек-булочниц.
Поэтому после смерти хозяина мир пса не рухнул. Да, он скучал, но на этой улице у Хатико остались другие — пусть не «папа», но свои люди, которые тоже были ему кем-то вроде семьи. Он среди них вырос, освоился и знал здесь каждый угол. Так что да, он любил. И страдал, когда потерял близкого. Животные тоже умеют любить и горевать — просто по-своему. И точно так же имеют право это горе пережить.
Кино — искусство, а потому зачастую приукрашивает реальность. Не стоит без оглядки верить всему, что говорится с экрана.
Фото на обложке: unsplash.com
