Напугай меня, если сможешь

Время прочтения: 4 минуты

«Бу! Испугался? Не бойся, я друг, я тебя не обижу…» Этот недавний мем приобрел популярность во многом благодаря странной внешности кота, который напоминает человека, но тем не менее остается куклой. Явление, называемое эффектом зловещей долины, сегодня активно используется в хоррор-индустрии как действенный способ вызвать дискомфорт, отвращение и даже страх. Но давайте посмотрим, какой путь прошли ужастики от пещерных страшилок до современных квестов с полным погружением.

Беспроигрышный прием

Для начала стоит определиться с легко путаемыми терминами. Хоррор и триллер — два отдельных жанра, которые хоть и могут пересекаться, но подразумевают разные сюжетные особенности произведения. Триллер — история с возрастающим напряжением, а ее главный инструмент — саспенс, тревожное ожидание. Триллерами считаются боевики, детективы или фильмы-катастрофы. Хоррор, в свою очередь, сосредоточен на главной задаче — напугать зрителя или слушателя любыми средствами. Это могут быть элементы того же триллера, фантастики, фэнтези или даже комедии. Таким образом, триллер — скорее про инструменты повествования, а хоррор — про его цель.

Иллюстратор: Анастасия Дейкова

Благодаря сильному эмоциональному возбуждению, которое хорошо фиксируется в памяти, страх стал одним из древнейших приемов искусства. В стремлении напугать оппонента автором могут двигать разные мотивы: придание большей значимости своим словам, отвращение от какого-либо действия или просто шутки ради. С обратной точки зрения добровольное усвоение человеком заведомо жутких историй вызывается желанием испытать прилив адреналина или проверить крепость своей нервной системы.

«Не ходите, дети, в Африку гулять!»

Сложно сказать, когда наши предки впервые начали воспроизводить сюжеты, призванные напугать себе подобных. Древние люди даже без развитой речи умудрялись изображать рык хищных зверей, использовать их шкуры и кости или рисовать на стенах пещер для лучшей визуализации. С помощью этих приемов можно было рассказать детям об опасных животных и внушить им определенные правила поведения, например не выходить из дома ночью или не покидать взрослых на природе. 

Страх наравне с другими важнейшими понятиями человеческой жизни прочно вошел в мифологию всех народов мира. В каждой культуре существовали свои «бабайки», которыми пугали детей перед сном, свои сказания о далеких и опасных землях и свое подземное царство, куда после смерти на вечные страдания отправлялись души грешников. Отдельно существовали пророчества о конце света и ужасах, которые будут при этом происходить. Например, Рагнарек в скандинавском язычестве или Откровение Иоанна Богослова, также называемое «Апокалипсис», в христианстве.

Источник: freepik.com

Именно распространение христианства стало переломным моментом в европейской культуре ужасов. Традиционные легенды были объявлены языческими пережитками и отправлялись в утиль. Им на смену приходили казенные проповеди и жития святых мучеников, которые каждый благочестивый христианин выслушивал минимум раз в неделю. Церковь, став главным духовным институтом, активно использовала страх как инструмент своего влияния: потенциальная угроза попасть в ад после смерти мотивировала жить праведно, а для самых упорствующих еретиков применялись более весомые «аргументы» инквизиции.

Мрачный литературный гений

К XIV веку интеллектуальной элите Европы стало тесно в строгих рамках религиозной культуры, так что она приступила к переосмыслению христианских идей. Благодаря этому возникла, например, «Божественная комедия» Данте Алигьери (о ней мы рассказываем в рубрике «Туризм»), в которой автор представил сложную и продуманную концепцию ада с подробным описанием страданий грешников всех сортов. Не являясь официальным церковным текстом, а будучи художественным произведением, «Комедия» стала настолько успешной, что и сегодня мы во многом видим ад глазами Данте.

Дальнейшее использование демонической и мистической тематики привело к появлению в XVIII веке жанра готического романа. Такие произведения были наполнены эстетикой темного Средневековья, колдовства и смерти. Готическая литература, изначально элитарная, вскоре обрела популярность у широких слоев населения, став неотъемлемой частью эпохи романтизма. В XIX веке появились классические представители направления: «Франкенштейн» Мэри Шелли, «Дракула» Брэма Стокера, «Портрет Дориана Грея» Оскара Уайльда и другие. 

В это же время существовала другая тенденция, исходящая «из низов» общества. В Европе все больше внимания стали уделять фольклору, который сохранял многие традиционные сюжеты еще дохристианских времен. Авторы вдохновлялись народными преданиями и создавали произведения, способные напугать не хуже романов про аристократических вампиров и призраков. Достаточно вспомнить сказки братьев Гримм, авторские версии которых могут вызвать дискомфорт даже у стойких фанатов хорроров. Или рассказы Н. В. Гоголя, густо сдобренные этнографическим материалом, придающим тексту особый колорит и выразительность.

Страшно разнообразно

На рубеже XIX и XX веков в жанре ужасов возникло еще больше направлений, так что теперь авторы обращались не только к прошлому, но и к будущему. Стремительное развитие технологий порождало и соответствующие запросы в культуре, которые искусство стремилось выполнять. Герберт Уэллс одним из первых стал писать научно-фантастические романы про путешествия во времени («Машина времени») или инопланетные вторжения («Война миров»). 

Наука открывала мир с новых сторон, позволяла заглянуть в глубины океана и всмотреться в далекие звезды, и от такого резкого расширения границ Вселенной у человека обострялось чувство собственной незначительности. Этот страх перед неизведанными, скрытыми сторонами природы породил жанр «космические ужасы», самым ярким представителем которого стал Говард Филлипс Лавкрафт со своими хтоническими чудовищами.

Источник: freepik.com

Параллельно с возникновением хорроров планетарного и вселенского масштаба развивались жанры микроужаса, сконцентрированные на отдельном человеке или группе лиц. К ним относятся прежде всего сюжеты о маньяках. Основанные на реальных преступлениях или совершенно фантастические истории убийств стали популярны в середине XX столетия. Самым известным литературным убийцей стал персонаж Томаса Харриса — Ганнибал Лектер, изысканный интеллектуал-каннибал.

На данный момент апогеем хоррора в литературе считается творчество Стивена Кинга. Феномен необычайной популярности его произведений сложно объяснить конкретным решением или приемом. «Король ужасов» в своих сюжетах эемплуатирует элементы всех жанров, используя популярные образы массовой культуры, чтобы вызвать у читателя яркие ассоциации и заинтересовать как можно более широкую публику. Ведь ничто не пугает так, как кошмары в повседневных обстоятельствах. 

Фото на обложке: freepik.com