Союзники будущего: как искусственный интеллект преобразит мир
Сегодня роботы стали нашими незаменимыми помощниками в медицине, науке, промышленности и даже в искусстве. Благодаря стремительному развитию искусственного интеллекта то, что несколько лет назад считалось чудом, сегодня уже обыденность. Андрей Себрант, кандидат физико-математических наук, профессор практики в Университете ИТМО, рассказал о будущем нейросетей и о том, почему прогресса не стоит бояться.
Начну немного издалека. В свое время Стив Возняк, который вместе со Стивом Джобсом был основателем компании Apple, будучи хорошим инженером, сказал: «Черт с ним, с тестом Тьюринга! Я поверю, что машины что-то могут в нашем мире, когда они начнут проходить мой тест. Он очень простой — приготовить кофе на незнакомой кухне». Это и есть тест на нормальный самообучающийся агрегат: вы не в состоянии описать даже просто все имеющиеся в мире типы кофеварок, вот и роботу опознать кофеварку по когда-то загруженной в его память невозможно. Поэтому ученые стремятся, чтобы робот на незнакомой кухне самостоятельно разобрался, где вода, где кофе, какого типа кофеварка и как с ней обращаться, и все это не читая инструкции. Так что история про то, что роботы следуют заданным инструкциям, — прошлый век, когда они применялись исключительно на автосборочных конвейерах.
Если деталь хоть на миллиметр не попадала в заданные программой параметры, то зажигалась красная лампочка, бежал человек и поправлял установку. Сегодня роботы сами соображают, когда что поправить, и скоро будут готовить кофе на любой, даже самой затейливой кухне.
— Есть ли вероятность, что робот будущего станет обладать интуицией или, возможно, рефлексией?
— Это вечный диалог гуманитариев и технарей. На протяжении многих десятилетий, если не столетий, люди говорили, что интуиция глубже всего проявляется в игре го: люди должны жить буддизмом, погружаться ежедневно на два часа в эту игру, чтобы у них в итоге появилось интуитивное представление о гармонии. Там вообще нет алгоритмов и учебников.
Но сейчас мы знаем, что играть против машины бесполезно. Более того, AlphaZero — нейросеть для игры в го — в отличие от первых вариантов машинного обучения, вообще не анализировала как в нее играют люди. Она играла сама с собой и стала круче, чем любой человек, который этому всю жизнь посвятил. Означает ли это, что у машины появилась интуиция? Или результатов, которые мы считаем достижимыми благодаря интуиции, можно гораздо быстрее достичь другим путем?
— Существует ли чувство, которым сейчас обладает только человек, но в будущем может быть наделен и робот? Эмпатия, например?
— С эмпатией сложнее, потому что она гораздо больше завязана на нашей белковой телесности. Эмпатия ощущается через собственное знание того, как больно, когда ты порезал палец. Конкретно боль от порезанного пальца, пожалуй, напрямую роботам еще долго не удастся воспроизвести. Это место, куда роботы пока действительно не лезут.
Это не означает, что роботы не могут выполнять определенные телесные вещи. Хороший роботизи-рованный массажер, с точки зрения большинства клиентов, работает лучше, чем массажист. Это очень важная история.
Мы все время говорим, что для того, чтобы человек рыдал, слушая музыку, необходим талант. А как насчет соловья? У него есть глубокий талант, интеллект, наслушанность? Однако мы на заре, на речке стоим и рыдаем от этой соловьиной песни. То есть принцип «красота в глазах смотрящего» также применим к работе с искусственным интеллектом.
— То есть искусственный интеллект не отнимет работу у музыкантов?
— Некоторые музыканты всю жизнь боролись с технологиями: звукозаписью, синтезаторами, позже с CD-дисками. Был даже официальный запрет на использование синтезаторов, например на территории Британии.
Тем не менее все это привело к тому, что у нас стало гораздо больше выбора. Люди, которые хотят слушать живую музыку, ходят в театры, на концерты. При этом самая разная музыка очень высокого качества пришла во все уголки мира и стала гораздо доступнее. Так у нас каждый раз именно благодаря технологиям появляется выбор.
— Современные технологии впечатляют. Как вы считаете, можно ли развить искусственный интеллект настолько, чтобы он мог прогнозировать действия не просто одного человека, а общества в целом?
— Это вероятностная история. Когда-нибудь совершенно нормальным будет, если условная Алиса утром скажет: «Я твой личный ассистент, знаю твое расписание, с кем ты сегодня будешь встречаться, какая на улице погода, как сегодня упадет давление и у кого от этого заболит голова. Советую примерно вот так одеться и взять таблетки от головы». Это нормально.
— Но не получается ли, что мы перекладываем ответственность за принятие решений на искусственный интеллект?
— Это тоже старый вопрос, который решался всегда между людьми: «А кто отвечает?» В итоге ответственным будет стрелочник, потому что на него удобно перейти. Людям свойственно перекладывать ответственность. Причем это может быть «спихнуто» не явным образом. Вот, например, у нас есть хороший умный алгоритм. Если ты доверяешь настолько, что не проверяешь его, — это твое решение как человека. Ты сам захотел не решать эту задачу, и алгоритмы приняли ровно то решение, которое ты им позволил принять.
— Сейчас человечество сильно полагается на технологии, хотя даже не знают, как устроены простейшие из них. Не приводит ли это к деградации общества?
— Зато они знают множество других вещей. Люди сейчас умеют пользоваться довольно навороченным софтом на компьютере, и это знание для них гораздо важнее и актуальнее, чем знание того, как работает коробка передач.
В простых советских дворах всегда было много столов, за которыми сидели люди и рубились в домино — не в самую интеллектуальную игру, — убивая время. Сейчас половина сервисов Интернета — это тайм-киллеры, потому что для подавляющего большинства людей проблема придумать, куда потратить время. Поэтому они благодарны ТікТок, за которым можно сидеть и просто листать ленту.
— По поводу TikTok: я недавно наткнулась на отчет Mediascope, и там довольно пугающие цифры. Будет ли новое поколение жить с медиазависимостью?
— Будет другое поколение, но не значит, что оно будет хуже: оно будет другим. Я часто слышу, что, кроме Интернета, людям ничего не надо. Но только я почти каждый выходной участвую в хакатонах. Люди этого самого «поколения клипов» иногда на 24 часа, иногда на 48 абсолютно глубоко погружаются в решение какой-то задачи.
— С появлением массовой культуры не теряем ли мы индивидуальность?
— 50 лет назад в продаже было три с половиной цвета тканей. Сейчас же разнообразия того, что люди могут выбрать, гораздо больше, начиная от профессии и заканчивая стилем одежды.
По поводу толпы: во все времена было много индивидуумов, которым проще следовать каким-то инструкциям. Если каждому уважающему себя мужчине скажут, что он даже в теплое время года должен выходить на улицу в брюках со стрелками, пиджаке и шляпе, то он будет следовать указаниям.
— Может ли случиться так, что у людей не останется выбора: использовать ли искусственный интеллект в своей жизни?
Сейчас куча людей вообще никаких выборов не делает. Они плывут по течению. Теперь это течение будет во многом определять искусственный интеллект. То, что люди следуют ему (течению), — это их выбор. Каждый раз попытка переложить ответственность за принятие решений на технологии — это желание снять ее с себя. В конечном счете всегда за свою жизнь отвечает человек. Да, он каждый день совершает какой-то выбор. Иногда судьбоносный, иногда более частный, но он выбирает сам.
Фото предоставлены собеседником
